• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
Контакты

Тел.: 8 (495) 772-95-90 *15366

E-mail: dekpsy@hse.ru

Фактический адрес: 101000, г. Москва, Армянский пер. 4, корп. 2

Почтовый адрес: 101000, г. Москва, ул. Мясницкая, д. 20 (департамент психологии)

Руководство
Заместитель руководителя Львова Елена Николаевна
Заместитель руководителя Кургинян Сергей Сергеевич
Глава в книге
Психопатология и ее диагностика с помощью русскоязычной версии SCL-K-9

Золотарева А. А.

В кн.: История, современность и перспективы развития психологии в системе Российской Академии наук: Материалы Международной юбилейной научной конференции, посвященной 50-летию создания Института психологии РАН, 16–18 ноября 2022 г., Москва. М.: Институт психологии РАН, 2022. С. 638-640.

Препринт
Categorization of illustrated emotions in visual storytelling context

Olga Rubtsova, Elena Gorbunova.

PSYCHOLOGY. WP BRP. Издательский дом НИУ ВШЭ, 2022. No. 134.

В хроническом стрессе легче прощать

В хроническом стрессе легче прощать

© iStock

Российские исследователи изучили связь между аутентичностью личности (способностью быть самим собой) и умением прощать при разных уровнях стресса. Оказалось, что больше всего склонны к прощению люди, испытывающие хронический стресс, а меньше всего — подверженные повседневному стрессу. Способность прощать помогает развитию аутентичности. Результаты исследования, опубликованные в журнале «Клиническая и специальная психология», могут использоваться в программах личностного роста и коучинге.

Аутентичность — возможность «быть самим собой» — позволяет справиться с разными жизненными испытаниями. Способность прощать — возможность преодолеть чувство обиды на причинившего вред или на трудные жизненные обстоятельства — тоже помогает поддерживать психологическое благополучие. Несмотря на важность этих феноменов для изучения психологии личности, их взаимосвязь практически не исследована. Сама по себе способность к прощению только начинает изучаться в российской психологии личности, а исследования ее связей с другими позитивными феноменами личности практически отсутствуют. 

Софья Нартова-Бочавер

Исследований, в которых бы изучались вместе аутентичность, способность прощать как моральное качество и уровень стресса, нет. Профессор факультета социальных наук НИУ ВШЭ Софья Нартова-Бочавер с коллегой Виолеттой Пак заинтересовались, как стресс влияет на аутентичность и способность прощать. Для того чтобы установить связи между этими феноменами, ученые провели опрос 140 молодых мужчин и женщин в возрасте от 16 до 40 лет. 

Респонденты относились к разным группам с точки зрения переживаемого ими стресса. Среди них были условно благополучные (студенты-москвичи из городского университета педагогической направленности), группа повседневного стресса, связанного с напряжением от рутинных обязанностей (студенты одного из международных классических университетов Москвы), и группа хронического стресса, вызванного тяжелой травмой с необратимыми последствиями (пациенты одного из реабилитационных центров, имеющих тяжелые спинальные травмы). В работе использовались стандартизированные опросники. 

Исследование показало, что наивысший уровень аутентичности показывают люди с хроническим стрессом. Условно благополучные респонденты демонстрируют средние результаты, а группа повседневного стресса — самые низкие показатели. Для способности прощать характерны те же тенденции. 

Высокую склонность к прощению среди представителей группы хронического стресса ученые объясняют эффектом посттравматического роста. Несмотря на то что эти люди находятся в очень трудных жизненных условиях (физически зависят от других, их привычные телесные ощущения изменились, а многие возможности оказались потеряны), они с большей вероятностью открывают для себя истинный масштаб жизни и самые важные ценности. Они сильнее чувствуют себя «самими собой» и готовы пренебрегать многими неудачами и несовершенством жизни, через прощения отвлекаясь от них, чтобы идти дальше. 

Представители группы «умеренно благополучных» легко адаптируются к себе и миру, обладают умеренно высокой аутентичностью и готовностью прощать других людей, себя и жизненные обстоятельства. Самую низкую способность к прощению, равно как и аутентичность, ученые отмечают в группе повседневного стресса. Возможно, именно «невидимость» и незначительность текущих огорчений у таких людей способствует тому, что они не осознают повседневный стресс, пока реакция на него не достигнет пика. Из-за этого люди, убежденные в том, что справляются с рутинными нагрузками, на самом деле истощаются и становятся излишне требовательными к себе и к окружающим.

Ученые также определили, как соотносятся между собой аутентичность и способность прощать в зависимости от уровня стресса. В целом эти феномены связаны положительно: люди, склонные проявлять милосердие и прощать других или неблагоприятные жизненные обстоятельства, с большей вероятностью ощущают подлинность собственной личности, однако сила этой связи варьирует в зависимости от стресса.

В группе хронического стресса аутентичность практически не связана со способностью прощать: складывается впечатление, что они развиваются параллельно. Для условно благополучных и находящихся в условиях повседневного стресса прощение себя стало важнейшей предпосылкой переживания аутентичности, но лишь в группе повседневного стресса обнаружилась высокая важность прощать жизненные ситуации и события. Чем лучше развиты навык прощения себя, событий своей жизни и готовность отказаться от мщения или восстановления справедливости, тем более «настоящую», подлинную жизнь проживают люди.

Ученые заключили, что способность прощать действительно вносит вклад в переживание аутентичности, но при разном уровне и качестве стресса вызывающие ее факторы могут меняться. «В стремительно изменяющихся, крайне неопределенных обстоятельствах, важно как никогда обладать широким спектром жизненных навыков и личностных качеств, среди которых, без сомнения, способность прощать окажется весьма востребованной», — отмечает Софья Нартова-Бочавер.