• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
Статья
Психологическое время личности коренных малочисленных народов Российской Арктики (на примере ненцев)

Телицына А. Ю., Забелина Е. В., Лузан В. С. и др.

Журнал Сибирского федерального университета. Серия: Гуманитарные науки. 2023. Т. 16. № 1. С. 24-41.

Глава в книге
Интеграция подростков, оставшихся в детстве без попечения родителей, в социум большого города

Телицына А. Ю.

В кн.: Подросток в мегаполисе: новая реальность. Сборник трудов XV международной научно-практической конференции. Национальный исследовательский университет "Высшая школа экономики", 2022.

Препринт
The Evaluation and Monitoring of Transparency in Socially Oriented Nongovernment Organizations in Russia

Nezhina T. G., Pavlovskaya S. V.

The Third Sector in Transition: Accountability, Transparency, and Social Inclusion. The International Society for Third-Sector Research (ISTR), 2016. No. 10.

Ирина Мерсиянова представила данные исследования на тему «Каковы масштабы цифровизации гражданского общества в России?»

Презентация состоялась на очередной экспертной дискуссии из совместного цикла «Что известно о состоянии российского гражданского общества на основе данных опросов и статистики» Центра исследований гражданского общества и некоммерческого сектора НИУ ВШЭ и медиацентра «Благосфера»

Ирина Мерсиянова представила данные исследования на тему «Каковы масштабы цифровизации гражданского общества в России?»

Тема цифровой трансформации гражданского общества стала особенно актуальной во время пандемии коронавируса COVID-19. В фокусе внимания участников дискуссии находилось два основных вопроса: «Как трансформируется третий сектор под влиянием процесса цифровизации и как этот процесс влияет на самоорганизацию населения?»

Ирина Мерсиянова напомнила участникам дискуссии, что разговор о цифровизации гражданского общества стартовал еще в прошлом году, а в ходе дискуссии речь шла об индексах цифровизации, которые представляют собой относительно новое понятие для сферы третьего сектора, однако, подобные индексы, которые показывают степень или уровень цифровой компетентности, существуют и для населения, и для бизнеса, и для стран в целом.

Индекс цифровых компетенций НКО был построен на основе четырех показателей, таких как: цифровое присутствие, цифровая инфраструктура, цифровой фандрайзинг и цифровые коммуникации. Оценка для каждой организации рассчитывалась по десятибалльной шкале пропорционально количеству инструментов, используемых НКО. Итоговый индекс, представляющий собой среднее значение по всем четырем показателям, сравнительно невысок и составляет 1,8 балла, тогда как максимальное значение в выборке — 7,4 балла.

Ирина Мерсиянова отметила, что на первый план по уровню компетенций выходят цифровые коммуникации, которые в среднем по выборке набирают 2,6 балла (при максимальном балле в 8,3 по 10-балльной шкале), однако, и это значение сравнительно невысоко. Этот индикатор показывает, как НКО использует цифровые каналы для общения с целевыми аудиториями, органами власти, СМИ и другими заинтересованными сторонами: 56% представителей НКО используют социальные сети, 44% — сайт, 26% респондентов пользуются для рассылок электронной почтой, мобильные приложения для коммуникаций применяют 16% опрошенных и платформы для поиска волонтеров — 10%. Большой разброс между средним и максимальным значениями индекса говорит о разной степени задействованности цифровых каналов при осуществлении коммуникаций в разных НКО страны.

Более подробная информация о дискуссии