Хотите лучше разбираться в том, что такое большая история? Тогда эта книга для вас.

В 2025 году в издательстве Springer вышла коллективная монография «Navigating Complexity in Big History. Exploring Periodization Across Cosmic and Biosocial Dimensions» под редакцией Дэвида ЛеПуара, Леонида Гринина и Андрея Коротаева. Эта книга представляет собой систематическую попытку перевести периодизацию Большой истории, дисциплины, охватывающей 13,8 миллиардов лет эволюции Вселенной. Вместо единой готовой схемы авторы предлагают несколько конкурирующих моделей, которые взаимодополняют друг друга и позволяют по-новому взглянуть на ритмы космической и земной эволюции.

Springer

Главная методологическая интуиция сборника заключается в различении двух фундаментально разных процессов. С одной стороны, они отмечают, что физическая сложность, разворачивающаяся после Большого взрыва, неуклонно замедляется: темп появления новых структур (от кварков до атомов) падает. С другой стороны, авторы полагают, что биосоциальная сложность на Земле ускоряется на протяжении последних четырёх миллиардов лет. Это различие становится основой для построения периодизаций, претендующих на математическую обоснованность.

Одна из самых ярких глав принадлежит А.В. Коротаеву, директору ЦИСР. Он анализирует последовательность фазовых переходов в ранней Вселенной и показывает, что частота этих переходов убывает по гиперболическому закону: чем больше времени проходит от Большого взрыва, тем реже появляются новые уровни организации материи. Коэффициент корреляции между теоретической кривой и эмпирическими данными достигает почти идеального значения, что говорит о высокой точности модели. Одновременно А.В. Коротаев рассматривает независимые ряды ключевых событий в истории Земли, составленные разными исследователями, и обнаруживает, что они описываются той же гиперболической функцией, но с обратным знаком времени: по мере приближения к нашему времени скорость появления новшеств неуклонно растёт. Поразительно, что эта же математическая форма описывает рост мирового населения, обнаруженный ещё в 1960 году. Таким образом, А.В. Коротаев приходит к выводу о совершенной симметрии двух эволюционных режимов. Это позволяет выделить три глобальных эона: эон гиперболического замедления (от Большого взрыва до возникновения жизни), эон гиперболического ускорения (от возникновения жизни до 1970-х годов) и третий эон, в который мы вступаем сейчас. Предположительно, данный эон является эоном нового замедления, связанным с демографическим переходом и приближением к планетарным пределам. Каждый из этих эонов, в свою очередь, делится на эры по доминирующему драйверу сложности и на эпохи по достигнутому уровню сложности.

Другой оригинальный подход предложен Л.Е. и А.Л. Гриниными. Они отходят от традиционного трёхфазного деления и предлагают значительно более детальную схему, состоящую из десяти фаз, которые делятся на пять главных и пять переходных. Главные фазы включают в себя инфляционную (предкосмическую), звёздно-галактическую, геологическую, биологическую и социальную. Между ними располагаются переходные фазы: презвёздная, планетная, абиогенная химическая, биосоциальная и антропогенез. Такая структура показывает, что скачки сложности не происходят мгновенно. Им предшествуют длительные периоды накопления предпосылок. Важной новацией Грининых является введение понятия тупиковых и боковых эволюционных линий. Это линии, которые не привели к дальнейшему росту сложности, но сыграли роль испытательных полигонов. Например, минералогическая эволюция на Земле достигла высокого уровня, но не перешла в новое качество. Эволюция социальных насекомых демонстрирует высокую кооперацию, но не привела к сознанию человеческого типа. Авторы также вводят понятие коэволюции, когда две или более линии становятся неразрывно связанными, усиливая друг друга, как это происходит с геологическими и биологическими процессами на Земле.

Несмотря на различия в подходах, все авторы сходятся в нескольких фундаментальных выводах. Периодизация в данной книге является не просто произвольной классификацией, а выступает мощным аналитическим инструментом, позволяющим выявлять механизмы переходов между уровнями сложности и прогнозировать будущие тренды. Адекватный измеритель сложности должен учитывать не только энергию, но и информационные процессы, такие как хранение, передачу и переработку данных. Именно переходы в способах обработки информации (ДНК, нервная система, письменность, печать, цифровые технологии) оказываются наиболее естественными маркерами периодизации. Эволюция сложности не является линейной и предопределённой: она включает тупиковые ветви и периоды катастроф, однако в масштабе миллиардов лет прослеживается устойчивый тренд к росту максимальной сложности.

Время, в которое мы живём сейчас уникально: мы находимся в точке перелома между гиперболическим ускорением и новым режимом развития, и от наших коллективных решений зависит, какой именно режим утвердится.
В конечном счёте монография напоминает нам, что человечество — не случайный наблюдатель, а активный участник процесса, длящегося миллиарды лет, и понимание этих ритмов необходимо не только для академического познания, но и для выработки стратегий развития в стремительно меняющемся мире.

Полный текст книги доступен на сайте издательства Springer в форматах PDF и EPUB.